Материалы семинара
гражданское общество и общественное развитие

Сергей КЛИМОВ
ГРАЖДАНСКИЙ КОНТРОЛЬ НАД ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ. ОПЫТ ФРАНЦИИ 

      Гражданский контроль над вооруженными силами, на мой взгляд, один из важнейших аспектов обсуждаемой проблемы. Причем он должен рассматриваться в увязке с военной культурой. Полагал бы в связи с этим обратиться к полезному для России опыту Франции.

      Структуру военной культуры составляют три соподчиненных уровня: военная культура вооруженных сил, военная культура государства, военная культура общества. Генетически военная культура развивалась именно в такой последовательности. Поэтому военная культура армии, с одной стороны, выступает системообразующим элементом, составляя ядро военной культуры в целом. С другой - по мере своего развития государство и общество все более настойчиво выступают в роли субъекта военной культуры, превращая культуру армии в совой объект.

      Во Франции в прежние времена отношения между тремя обозначенными культурами во многом определялись вероятностью войны. При отсутствии военной угрозы общество, как правило, начинало испытывать отвращение к военному бремени, что проявлялось прежде всего в стремлении сократить  расходы на содержание вооруженных сил. Несмотря на то, что армия стала порождением политики, политические деятели ощущали угрозу со стороны военных до тех пор, пока не возникала серьезная внешняя опасность. Однако по мере ее снижения политики вновь стремились дистанцироваться от проблем армии. Отсюда, наверное, поражение под Седаном в 1871 году, равно как и крах в 1940-ом.

      Несмотря на огромные потери людских и материальных ресурсов, войны прошлого не подвергали сомнению вопрос существования жизни на земле. С появлением же принципиально нового оружия ситуация радикально изменилась. Угроза глобальной катастрофы меняет вектор взаимного влияния в структуре военной культуры в сторону ее гуманитарной составляющей в цепи от военной культуры общества через военную культуру государства к военной культуре армии. Здесь-то и должен работать механизм гражданского контроля над вооруженными силами.

      Сейчас, на рубеже веков наметилась тенденция развития общества по пути отрицания войны как способа разрешения конфликтов, что требует значительных изменений в военной культуре армии. Во Франции считают, что впервые никакая военная опасность не угрожает территории страны и ее политической независимости. Однако содержание задач не только не упрощается, но даже усложняется. По мнению французских специалистов, самым важным является сегодня внесение вклада в дело безопасности Европы и Средиземноморья и упрочение принципов международного права. Эти же задачи представляются жизненно важными и для России. Если раскрыть скобки, то здесь и действия многонациональных сил по поддержанию мира в “горячих точках”, и борьба с терроризмом и наркобизнесом, и иммиграционный контроль и другое. Такой широкий спектр задач, естественно, влечет за собой усиление связей между военной культурой общества и военной культурой армии. Неизбежным становится включение механизмов большей открытости армии для общества, что делает более прозрачными все эти отношения.

      Как всякий социальный прогресс, военная культура не может быть раз и навсегда данной или сформированной в одночасье. Во Франции еще в начале ХХ века Жан Жоресс подчеркивал, что французский народ мало знаком с военными вопросами. Что его приучили к пассивности. Военные проблемы решали офицеры - точно так же, как религиозные проблемы решали священники, а административные были делом управителей. Однако дальнейшая история Франции показывает, как общество шло по пути самонаучения и приобщения к вопросам национальной обороны. В 1932 году генерал де Голль произнес фразу, которая стала концептуальной при проведении военной реформы: “Мы должны создавать армию не на основе наших привычек, а в соответствии с нашими потребностями”. 

      Не будем углубляться в вопрос о дискуссии сторонников и противников полной профессионализации армии. Заметим только, что дискуссия во французском обществе была непродолжительной. Французское общество не было в полной мере подключено в процесс осмысления предлагаемых реформ. Заметим также, что руководящую роль во всем этом сыграл президент Ширак, который в 1996 году заявил о переходе к профессиональной армии. Таким образом, если в 1962 году военная реформа де Голля перевела оборону Франции из эпохи обычных войн к эпохе ядерного сдерживания, то решение 1996 года о замене модели армии вводит ее в ХХ1 век. И здесь видна закономерность: президент как главнокомандующий делает оборону магистральным направлением своей политики.

      Также в 1996 году делалась и попытка модернизации российской армии. Однако говорить о выполнении известного Указа президента России номер 722, к сожалению, не приходится. Причин тут много, но не о них сегодня речь.

Замечу только, что существует прямая зависимость военной культуры от модели армии. И переход к профессиональным вооруженным силам несомненно сделает процесс формирования военной культуры более динамичным, охватывающим все субъекты гражданского контроля.