Материалы семинара
гражданское общество и общественное развитие

Олег Бельков
ВОЕННО-ГРАЖДАНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ

       Обсуждаемая проблема, конечно же, не проста. Учитывая то, что многое уже здесь прозвучало, я оставлю в стороне многие дефиниции. В то же время  отмечу, что многие поставленные на семинаре вопросы остаются без ответа.  Есть ли что еще в стране, кроме государства и гражданского общества? Мне представляется, что и то, и другое имеет одну социальную базу. И государство состоит из граждан. И гражданское общество формируется за счет людей, проживающих на данной территории. Так вот возникает вопрос: если мы противопоставляем одно другому, насколько это правильно? Может ли вообще существовать гражданское общество как обособленное структурное образование? Все-таки это система самых различных организаций, ассоциаций, объединений, решающих весьма частные вопросы, но в своей совокупности выражающих интересы всего социума. Рассуждая о гражданском обществе как целостности, противостоящей государству, мы вольно или невольно забываем, что оно состоит в том числе из взаимодействующих, альтернативных, даже оппонирующих друг другу структур. Можно ли к одному из этих элементов  поставить знак плюс или минус? Вряд ли. Потому что в разных случаях ближе к идеалу могут оказаться и государство, и гражданское общество.
      Является ли эта пара антагонистической? Этот вопрос я задаю потому, что очень многое говорится о том, что гражданское общество призвано защитить человека от государства. Хотя, если поразмыслить, нигде без государства обеспечить права человека не удается. И если эта пара антагонистическая, то за победу какого из двух элементов должны ратовать индивиды?
      Мне думается, далеко еще не выяснен и вопрос о том, что является первичным - и по хронологии, и по существу. Сначала должен появиться зрелый гражданин, осознающий свои интересы и объединяющийся с такими же, как он, или сначала должно сформироваться гражданское общество, существование которого определяет появление таких вот граждан?
      Наконец, меня несколько удивляет постановка вопроса, когда говорят, что гражданское общество существует вне политики.
      Так вот, пока нет ясности в приведенных мною связках, думаю, нет и возможности полностью представить механизмы взаимодействия общества, которое анализируется сквозь призму гражданского общества. Моя точка зрения состоит в том, что человек - существо социальное. А это значит, что он не может сформироваться вне связи с другими людьми. Кооперация людей выступает как историческая необходимость, и для каждого поколения она является данностью. Всякая же совместная деятельность имеет форму той или иной организации. Есть два типа организации. Они появились раньше, чем означающие их понятия - гражданское общество и государство. Даже в самом “растоталитарном” государстве не удалось уничтожить семью, соседскую солидарность, религиозную общину и другие формы самодеятельной активности людей. С другой стороны, даже в самом “раздемократическом” государстве не удалось до конца исключить проявлений всевластия государства.
      Минимум солидарности, консенсуса в обществе всегда есть. Кто не вписывается в это, тот либо развертывает вооруженную борьбу, либо эмигрирует. Остальные так или иначе “притираются”. Понятно, что государство и гражданское общество различны по своему характеру. Первое - более основательно, второе - стихийно, спонтанно, случайно. Гражданскому обществу ближе биологические начала, государству - четко прописанные правовые. В таком контексте и государство, и гражданское общество, я полагаю, извечны. Но их роль и значение меняются во времени.
      На мой взгляд, наиболее наглядно в этом отношении взаимодействие государства и гражданского общества в военной сфере. Особая важность этого связана с тем, что военная сфера даже при отсутствии войны функционирует именно как сфера военная. Поэтому она и занимает особое место. Я бы не стал совершенно определенно говорить о том, что широкомасштабная война сегодня отодвинута. Меня несколько озадачил тот момент в выступлении одного из ораторов, в котором выражена озабоченность “дороговизной” российской военной доктрины и сделан призыв к нашему гражданскому обществу, чтобы оно как-то противодействовало этой тенденции. И в то же время этот оратор констатировал как само собой разумеющийся рост военных расходов западных государств. В этой связи задаюсь вопросом: если мы знаем о расширении НАТО, если видим рост военных расходов, веря даже в то, что все это не против России, должны ли мы хоть как-то реагировать?
      Мы сегодня рассуждаем о глобальном гражданском обществе. И настоящий семинар вроде бы подтверждает трезвость этих рассуждений. Так, наверное, совместно мы сумеем наработать такие идеи, которые смогут служить всеобщему благу. По крайней мере ответить на несколько вопросов. Скажем, должно ли государство осуществлять военно-политическую активность? Если должно, то в каких пределах? Думаю, что эта задача может решаться только государством. Мнение же гражданского общества должно учитываться. Или, я бы так сказал, навязываться государству.
      Или: насколько правомерной, целесообразной, гуманной является гуманитарная интервенция? Судя по тому, что и как было сделано в Югославии, положительный ответ сделать трудно.
      Общепризнанным является то, что государство обладает монополией на военное насилие и бдительно охраняет эту монополию. Хотя отношение граждан к этому факту может быть самое разное. Если брать крайние проявления, то это массовое дезертирство и уклонение от воинской службы - с одной стороны. И добровольчество, создание военизированных организаций, народных ополчений - с другой. То и другое являются формами реагирования гражданского общества на военную политику государства. Задача состоит соответственно в том, чтобы выяснить, каковы пределы военного насилия, необходимые и приемлемые для государства и для гражданского общества. Каковы структуры, с помощью которых обеспечивается это военное насилие. Вот, скажем, для нашей страны весьма болезненным является вопрос о существовании, с одной стороны, частных охранных структур, которые по численности близки к государственным. А с другой - незаконных военизированных формирований, которые, например, в Чечне ведут боевые действия. Какова позиция гражданского общества должна быть по этим вопросам?
      Главное, видимо, должно быть в том, чтобы, давая ответы на эти вопросы, стремиться к оптимальности, к консенсусу. В военной сфере это особенно важно. И в то же время очень и очень трудно, имея в виду условия переходного периода. Спасибо.